Стив Брейд и его кобыла

  

 

 

 

 

 

 Стив Брейд и его кобыла

 

 

 

 

 

 

 


 

- Когда-нибудь вы поймёте меня, уважаемый Силуэт Дуба! - отеческим тоном говорил пухлый грустный человечек задумчивому рыцарю. - Я смотрю на Вас и понимаю всё, что происходит в Вашей душе. О! - Человечек улыбнулся. - Мне кажется, ещё немного, и для меня не останется тайн в тёмных закоулках человеческого естества...

      Когда ко мне приходит человек со своими проблемами, знаете, о чём я думаю? О справедливости! О высшей справедливости, милый вы мой! Каждый, повторяю - каждый из нас вправе знать, что побудило, что толкнуло его на самый великий подвиг и на самое гнусное предательство... Что остановит нас на пути познания? Я утверждаю - не такой силы! Остановить мой... человеческий путь освоения самого себя... Это утопия! Это противоестественно! Это... Всё равно, как если бы эта кобыла заговорила человеческим языком! Вы понимаете меня?

      - Да, конечно!.. - кивал головой рыцарь, слушая Стива Брейда, философа и великого мыслителя.

Брейд, выгуливавший свою кобылу и заодно проводивший одну из своих замечательных бесед с очередным своим пациентом, продолжал:

      - Впрочем, вы знаете, я думаю, кобыла тоже вполне достойный предмет для того, чтобы заняться его изучением.

Кобыла фыркнула.

      Философ покосился на неё и продолжал полушёпотом:

- Да, да!.. Я давно замечаю. Эта лошадь фыркает, когда я ем за завтраком чеснок. Я вот что думаю: её прежний хозяин бил её и унижал и - учтите, это самое главное, - очень любил чеснок! Вот и причина! Понимаете? Теперь, если я перестану есть чеснок, она перестанет фыркать! Воистину, безграничны пути познания! Как много мы могли бы исправить в этом мире, если бы просто были повнимательнее друг к другу. Вот как я к Вам!

      Брейд весело засмеялся.

      - Как мне легко с вами! - покачал головой Силуэт Дуба. - Как всё становится на свои места, когда вы мне всё объясните! По щеке рыцаря сбежала слезинка благодарности.

      - Ну, ну, будет вам... - довольно произнёс Стив Брейд. - А знаете, чтобы вы мне до конца доверились, давайте возьмём какой-нибудь посторонний предмет и попробуем проследить пути его заблуждений и озарений. Да вот хоть этот... Это животное! По-моему, вполне подойдёт для нашей цели.

      Рука рыцаря непроизвольно потянулась к мечу.

      - А по-моему, не очень! Это ведь дракон!! Философ удручённо посмотрел на рыцаря и вздохнул:

      - Вот сколько вожусь с Вами, а вы мне всё-таки не доверяете! Не верите вы мне...

      - Ну, что вы!..

      - Нет, не верите! Взгляните на себя! Вот вы потянулись опять к вашей сабле... А я ведь говорил Вам, что Ваша кровожадность и агрессивность - это следствие Ваших детских разногласий с родителями. И пока вы не научитесь обуздывать себя!..

      Рыцарь уже сложил руки на животе и потупил глаза, но философ должен был закончить. Он всегда заканчивал свои мысли. Логика была его главным оружием.

- Вам не избавиться от вашего комплекса неполноценности! Вы меня поняли?

      Рыцарь кивнул.

      ***

      У Дракона тоже был комплекс неполноценности. В детстве он был одиноким и заброшенным дракончиком. Его все обижали и смеялись над ним. Он, бедолага, хотел стать рыцарем! Почему? Как сказал бы Стив Брейд, в детстве он читал не те книжки. В его доме была целая библиотека (пожалуй, скорее свалка) книг о рыцарях и целый музей (скорее, склад) рыцарских доспехов и оружия. Откуда всё это взялось, Дракон не знал. Отмечу для ясности, что его родители знали. Ещё как знали! И вот детская мечта Дракона исполнилась - он, наконец, встретил рыцаря!

      ***

      - Видите, у него депрессия, он голоден и стар... А вы на него с мечом! Не стыдно?

      Дракон оживился и поднял брови, переминаясь с лапы на лапу и от смущения не решаясь заговорить.

      - Вот, посмотрите, - продолжал Брейд, - у него ярко выраженная реакция на блеск рыцарских доспехов... Это говорит о том, что в его норе тек ручей или рядом была речка или озеро, и он привык утолять жажду... Ага! Смотрите! А я что говорил! Он сглатывает так, будто хочет пить. Да, Дракон икнул - от возмущения. При чём здесь ручей? Вот же стоит живой рыцарь!.. И всё же от слов Брейда ему и впрямь захотелось пить. Философ обладал удивительным даром убеждения. За это его любили дамы. Обожали просто.

      - А вот глядите! - Брейд показал на когтистые лапы чудовища. - Сильные когти и этот жест, - он будто что-то откапывает, - свидетельствуют о том, что он голоден! Вероятно, он питается червяками и мышами... Смотрите, как он водит мордой и дрожат его колени! Он явно очень хочет есть!

      Дракона сильно затошнило при упоминании о червяках. Мышей же он боялся панически. "А всё же перекусить было бы неплохо!" - подумал Дракон и ощутил противную пустоту в желудке, неудержимо требующую немедленного заполнения.

      - А взгляните, как подёргивается его хвост! Это явное свидетельство его крайней агрессивности! А вот он замер...

      И тут философа озадачило одно странное явление, с которым он до сих пор не сталкивался: из ноздрей Дракона пошёл, свистя и набирая силу, не то пар, не то...

      Это обстоятельство и было последним из тех, что когда-либо озадачивали бедного философа. Дракон, конечно, мог стерпеть голод и жажду. Но невыносимое обвинение в возможной агрессивности по отношению... к кому! К рыцарю!! К существу, которое он боготворил! Да я! Да мне!!. - вскипел Дракон и...

      Взрывной волной от яростно полыхнувшего драконьего огня рыцаря отбросило в кусты, и он надолго потерял сознание.

      ***

      Лёгкий лесной ветерок коснулся виска Силуэта Дуба, и рыцарь очнулся. В голове шумело.

     Саднил локоть.

      Первое, что он увидел, - испуганные глаза Дракона, склонившегося над ним и смущённо топтавшегося в ожидании, пока рыцарь придёт в себя.

      - Я надеюсь, - дрожащим голосом произнёс Дракон, - надеюсь, вы не ушиблись?

      - Э-э... Да нет, - внезапно осипшим голосом произнёс рыцарь, удивлённо глядя в глаза Дракона, из которых вдруг, без всякой видимой причины, закапали горячие дымящиеся слёзы. - Вот, локоть побаливает...

      - Понимаете... - торопливо начал оправдываться Дракон. - Когда он... То есть я всю жизнь мечтал стать рыцарем! - выдохнул он вдруг. - Я не могу больше! Поймите меня пожалуйста!..

      И в двух словах Дракон рассказал рыцарю о своей нелёгкой судьбе...

      - А когда он сказал, что я могу Вас... то есть...

      - Да где он сам-то? - спросил растроганный рыцарь.

      - Там.

      Дракон показал лапой в сторону полянки и потупился.

      ***

      Они долго стояли над тем, что осталось от Стива Брейда. Собственно, ничего и не осталось. Дракон ждал суда и был готов подставить чешуйчатую шею под меч правосудия. Через плечо глубоко задумавшегося рыцаря заглядывала время от времени любопытствующая кобыла философа. Она удивительно спокойно перенесла его безвременную кончину.

      Рыцарь, наконец, очнулся и посмотрел на Дракона:

      - Он всегда стремился к справедливости!..

      Затем рыцарь пошёл к кустам, в которых лежал его меч.

      Дракон зажмурил глаза и склонил голову. Но вдруг вспомнил, что настоящий рыцарь (так он читал в книжках) должен встречать опасность с открытым забралом, и разжмурился.

      И увидел:

      Букет лесных фиалок, лежащих на том месте, где встретил свой конец философ.

      Понурившую голову кобылу.

      Молча скорбящего рыцаря. Наконец, тот вздохнул:

- Милосердие выше справедливости и разума! Вы были правы, милый Дракон. Думаю, ему лучше быть там, где он есть сейчас. Больно он за всех мучился!.. Пойдёмте, я расскажу Вам, каким должен быть настоящий рыцарь...

      Подумав, рыцарь добавил:

      - А всё же что-то в нём было.

      - Пухлый был интеллигент, - согласился Дракон. - Щёки розовые...

      - И глаза добрые-добрые! - добавила кобыла.

 

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить